- А вы неплохо устроились, Фрэнк, - Кемпбелл выдвинул легкое кресло-шезлонг на середину комнаты и расположился под самым пропеллером. Англичанин всегда останется англичанином. Деловитость и комфорт.

- Жалкие попытки как-то скрасить убожество здешней столицы, - с несколько наигранным пренебрежением отозвался Коллинз, в действительности польщенный комплиментом. - К сожалению, могу предложить только джин или вермут. Порядочного портвейна здесь не достать.

- Вы забыли мои привычки, Фрэнк? - Кемпбелл посмотрел на хозяина с некоторым удивлением. - Там, где только это возможно, местные блюда, местные напитки. Это позволяет сохранять гибкость, ведь нам приходится быть очень разносторонними. Шербет, пожалуйста, и побольше льда.

- На свете сейчас все меняется. За последние годы мне пришлось наблюдать такие перемены, что...

- Нет, майор, нет, - дружеская интимность, прозвучавшая было в тоне Кемпбелла, понемногу уступала место официальной, деловитой вежливости. Когда корабль сбивается с курса, капитан должен дважды в день менять воротнички. Тогда пассажиры спокойны. Но перейдем к делу, у меня, к сожалению, мало времени. Последнее донесение, которое я получил, было недельной давности. Есть что-нибудь новое?

- И да и нет, сэр Роберт. Вербовка Разносчика прошла удачно. Он сейчас здесь, принес бланки паспортов, три штуки, а главное...

- Подождите, майор. Даже моя память не в силах вместить все псевдонимы ваших людей. Разносчик - это?..

- Советский подданный Расулов, которого мы привлекли через одного из местных купцов. Границу знает, как собственный двор, можно сказать, мастер почтенного цеха местных контрабандистов.

- Вы в нем уверены?

- Он слишком многим рискует.

- Нечто подобное, - Кемпбелл помедлил, доставая плоский, на "молнии" трубочный кисет, - я читал в донесении, относившемся к этому... да, Богомольцу. Потом он как будто предпочел пойти на риск и выйти из игры?