Внимательно посмотрев документы, тот исчез за дверью, а вернувшись, отчеканил:

- Товарищ Орлов просит вас войти.

В просторном кабинете было светло и прохладно. Деревянный, выскобленный пол темнел пятнами непросохшей воды - видно, только что его вымыли, - на окнах, как паруса в штиль, чуть колыхались длинные холщовые занавеси. У стола их поджидал плотный, уже грузнеющий седой командир.

Приезжие представились.

- Здравствуйте, товарищи. Проходите, - Орлов кивнул в сторону вешалки, - садитесь. Устали, наверное, с дороги?

Мехтиев взглянул на хозяина кабинета. "Виски седые, лицо морщинистое, обветренное, на лбу - широкий шрам, а если по порядку, рост средний..." Но закончить словесный портрет начальника отряда Мехтиеву не пришлось. Орлов, молча доставший из сейфа какую-то папку, вернулся на свое место, сел за стол.

- По какому вы делу, догадываюсь. Вас интересует наш нарушитель?

Волков молча кивнул.

- Боюсь, что много мы вам дать не сможем, - сказал Орлов. - Вещи мы просмотрели внимательно, нет ничего - ни адресов, ни имен, никакой бумажной зацепки. Правда, в кисете была половинка нардовской игральной шашки, видимо, пароль, но у кого вторая половинка - неведомо. Довольно много денег, в червонцах, кинжал, пистолет, три запасные обоймы, милльсовская граната. В хурджине были смена одежды, хлеб, сыр. Все документы его здесь, в папке.

Волков принял протянутую папку, раскрыл, вынул в меру потрепанный паспорт.

- Так, так... Наджафов Ашраф, 1892 года рождения, уроженец Агдама... Работает? Да, конечно, работает, - он раскрыл серенькую книжечку удостоверения, - работает гражданин Наджафов в конторе по снабжению треста "Азнефть". И прописываться собирался, вот она, справочка, для представления в милицию, приготовлена. Хоро-ошие документы, - уважительно протянул Волков, - с ними хоть куда. Погляди, Юсуф.