Отдыхая, он услышал, что позади, с более высокой части гребня, катятся камешки. Он неторопливо оглянулся. Появился погонщик, мальчик с соломенного цвета волосами и веснушчатым лицом. Он вел вереницу из пятнадцати или двадцати верховых животных вниз по горной тропе. Это были откормленные, лоснящиеся пурпурные животные, явно ухоженные. Животное, на котором ехал мальчик, выглядело старше других, менее толстым, умным и строгим.

– Эй! – окликнул мальчика Валентин. – Куда направляешься?

– В Пидруд. А ты?

– Тоже.

– Веду этих животных на рынок, а эта работа вызывает жажду. У тебя есть вино?

– Немного, – ответил Валентин и похлопал по фляжке на бедре, где более воинственный человек носил бы оружие. – Хорошее красное вино. Жаль, что лишь остатки.

– Дай мне выпить, и я позволю тебе въехать верхом в город со мной.

– Договорились, – сказал Валентин.

Когда мальчик спешился и спустился по выступу, Валентин предложил ему фляжку. Мальчику было не более четырнадцати-пятнадцати лет, он был мал ростом для своего возраста, но широкогруд и мускулист. Он едва доставал до локтя Валентина, высокого, но не чрезмерно, крепкого мужчины среднего веса, с широкими плечами и большими руками.

Мальчик покрутил фляжку, принюхался со знанием дела, одобрительно кивнул, сделал большой глоток и вздохнул:

– Глотал всю пыль по дороге от Фалкинкипа! и Жара чертовская – прямо душит! Еще один сухой час – и я стал бы покойником. – Он вернул фляжку Валентину. – Ты живешь в городе?

Валентин нахмурился.

– Нет.

– Значит пришел на фестиваль?

– Какой фестиваль?

– А ты не знаешь?

Валентин покачал головой. Он чувствовал нажим светлых насмешливых глаз мальчика и это его смущало.

– Я путешествовал и не следил за новостями. Сейчас в Пидруде фестивальное время?