В Голутвине (так называлось древнее село, на чьем месте произвели вырубку леса - голутву) купил участок земли купец Елисей Третьяков. У его внука Михаила на этой земле родились сыновья - Павел, Сергей, три дочери. Родовое гнездо Третьяковых на закате советской власти пощадили. Двухэтажный дом, на его стенах я насчитал 60 окон, сохранился по адресу Первый Голутвинский, 14. Лет пятнадцать назад его обновили и передали Третьяковской галерее. С тех пор дом стоит с заколоченными окнами немым укором новой власти.

Нижний этаж этого купеческого особняка кирпичный. Вверх - деревянный не по бедности: считалось - в таких стенах дышится легче, жить здоровее. Под крышей обитала большая семья. К детям на уроки годами приходили лучшие учителя, чего мы не видели в пьесах великого драматурга. Мальчики приобщались к семейному делу, льняной мануфактуре. У них пробудился интерес не только ко льну. В этом доме Павел собрал первую коллекцию. Начинал с гравюр и литографий. Покупал картинки на Сухаревском рынке, в лавках. Младший Сергей жил музыкой, учился петь.

Впервые в жизни Павел Третьяков увидел живопись великих мастеров в 20 лет, когда побывал в Санкт-Петербурге. Эрмитаж привел его в восторг.

"Видел несколько тысяч картин! - писал он из Петербурга в Москву матери. - Видел несчетное множество статуй и бюстов. Видел сотни столов, ваз, прочих скульптурных вещей из таких камней, о которых я прежде не имел даже понятия".

С этого времени начинается новый период жизни братьев Третьяковых. Они купили в 1851 году поблизости от родового гнезда новый дом с садом. О нем расскажу, когда подойдем к бывшей "Московской городской галерее Павла и Сергея Михайловича Третьяковых". Теперь она не городская, федеральная, чтит одного брата, что, на мой взгляд, несправедливо.