Газеты писали о том, что в США был создан «клуб для избранных», где показывали документальные и художественные ленты, в которых жертва мучительно расставалась с жизнью. Садисты приходили «побалдеть». Но для гурманов «кровавого» зрелища снимались особые ленты. Собирались палачи (все это снималось на пленку) и обсуждали, кого бы умертвить, при этом с наибольшим художественным эффектом.

Возникали кандидатуры, однако некоторые из них отклонялись по причине неполного соответствия высоким некрофильским стандартам. Наконец подбиралась жертва, которая вполне годилась для волнующего кровавого зрелища. Но просто удавить — это неинтересно. Таким путем художественные ленты не рождаются. Обдумывались планы замедленного убийства, которое позволило бы заглянуть жертве в глаза, ощутить ее предсмертный ужас, не пропустить последний вздох. Хорошо бы жертву после длительных терзаний чуть-чуть оживить и начать все сначала.

К сожалению, уже и в России известны подобные факты.

Журналистка Кристин Чаббак поступила на работу в филиал телевизионной компании Эй-би-си во Флориде. Ее обязанность состояла в том, чтобы готовить репортажи об уличных происшествиях — драках, перестрелках полицейских с бандитами, грабежах и изнасилованиях. Директор телестанции постоянно требовал от репортеров кровавых подробностей, мотивируя это тем, что зрители в душе садисты и убийцы. И вот однажды разразилась незапланированная сенсация. Кристин прервала репортаж и обратилась к телезрителям: «В соответствии с нашим пристрастием демонстрировать пролитую кровь в ее натуральном виде вы сейчас увидите первоклассные кадры». Она приставила к виску кольт и спустила курок.

Кровавые сцены на экране — не новость. Но речь-то идет не просто о чудачествах истерички, о труднопреодолимом влечении к смерти, которое постоянно искушает человека, мотивы самоубийства тоже важны. Стало быть, можно говорить о специфической ситуации, когда потребность в эффектном зрелище дороже самой жизни.