– А какая в наше время может быть гарантия? Все зависит от везения. Вы ведь понимаете, мы можем разрабатывать спецоперацию очень долго, а она неожиданно повернет совсем в другое русло…
– Ладно, все ясно. Бумаги оставляй, я их внимательно почитаю. Скорее всего, я все подпишу и одобрю.
– Товарищ полковник! – Костров встал. – Наш курсант еще школу милиции не закончил. Я хочу написать представление о досрочном присвоении ему звания лейтенанта милиции и о дальнейшем ускоренном присвоении очередных званий. Вы же понимаете, его работа идет с коэффициентом один к двум…
– Да, я все это знаю, – ответил Грибков, – но ты не спеши пока, подожди. Лейтенанта мы ему, конечно, присвоим. А дальше посмотрим, как он будет работать.
– Согласен, товарищ полковник. Разрешите быть свободным?
– Да, иди, счастливо! Докладывай мне обо всех обстоятельствах этого дела. И поищи еще пару-тройку людей. Мы должны наш отдел расширять, как можно больше людей в разные группировки засылать.
Изолятор временного содержания ГУВД
Михаил Коптев сидел, прижавшись к холодной каменной стене, и думал: «Ну вот, Миша, и попал ты на новую работу! Как только судьба дальше сложится – неизвестно. Могут и раскрыть… А тогда жизнь может оборваться… Но я ведь знал, на что иду. Риск, в конце концов, благородное дело! Мне эта профессия нравится».
Миша отогнал от себя плохие мысли.
Через какое-то время он задремал. Разбудил его лязг замка. Открыв глаза, Миша увидел стоящего в дверях камеры сержанта милиции. Рядом с ним стоял высокий, коротко стриженный парень.
– Давай, заходи сюда! – сказал ему сержант. – Вот твое место, попаришься тут.
– Вы не имеете права, санкции прокурора нет! – проговорил парень.
– А ты у нас пока еще не арестованный, – ухмыльнулся сержант. – Все вопросы – к следователю и оперативникам, которые тебя задерживали. Сейчас ты пока задержан на три дня, кстати, как и твой сокамерник. А дальше все будет зависеть от твоей лояльности к органам правопорядка. Да что с тобой разговаривать, проходи! – И сержант подтолкнул парня.