И даже срок конкретный поставил — до 1 октября 2011 года.

Противник сопротивлялся грамотно. Сетовал, что сроки нереальные: надо, мол, оповестить директоров и акционеров, принять директивы министерства, что есть конкретная процедура, которую в нашем государстве, где существует верховенство закона, надо законно проводить.

Но Дворкович — даром, что ли, с 22 лет протирал штаны в цитадели гайдаровщины и финансовой вотчине Дяди Сэма — Минфине России — подключил своего босса. И после того как президент Медведев наизусть повторил Аркашин ультиматум, деваться силовикам, вернувшим было на заре путинского правления сырьевые отрасли в экономическое лоно родины-матери, отныне было некуда. Субординация, едрена вошь!

Свой неуемный зуд политического клеврета янки Аркаша подкреплял демагогией об инвестклимате, который якобы не растет из-за того, что в России еще много чего не приватизировано. Возможно, такую аргументацию ему подсказал Вашингтон, а возможно, жена Зумруд Хандадашевна — экс-замминистра имущественных отношений России. (Какая-то семейная тяга у Дворковичей к народному имуществу. Если, конечно, Вашингтон не обязывает своих клевретов вступать в брак исключительно по идеологическим соображениям.)

Впрочем, где именно набрался этой экономической ахинеи Аркаша — в приемных Минфина США или на супружеском ложе, — не столь важно. Ибо к демагогии гайдаровского выкормыша Дворковича о необходимости новой волны приватизации ни инвестклимат, ни даже требование Дяди Сэма пустить российские нефтедоллары на разжигание распрей между Путиным и Медведевым в 2012 году отношения не имело.

Аркашина алчность

Аркаша Дворкович банально жаждал стать миллиардером. Таким, как Дерипаска или Прохоров, провал которого с «Правым делом» вверг Аркашу в отчаяние даже сильнее, чем грядущее президентство Путина.

Если вы до сих пор сомневаетесь, зачем яйцеголовому Аркаше понадобилось изгнание путинских силовиков с насиженных нефтегазовых мест, послушайте специалиста…