Кстати, первая встреча с ними произошла уже на третий день пути. Сгибаясь под тяжестью рюкзаков, мы с трудом двигались по грязной жиже (это была дорога), когда мимо прошла группа полуголых мужичков с луками. Неожиданно Влад спросил, не показался ли мне странным их рост. Мы обернулись, пигмеи тоже остановились, с удивлением глядя на нас, — видимо, нечасто встречали они здесь белых людей. Я пробурчал что-то про их малый рост и пошел дальше, сил на более подробные этнографические наблюдения в тот момент не было.

На пятый день пути, покрытые с ног до головы красной коркой грязи, мы въехали в Команду. Въехали, поскольку последнюю четверть пути нас подвозил чудом вырвавшийся из грязевого плена грузовик.

В Команде пробыли два дня, занимаясь поиском проводника и плавсредств для сплава по Итури. На берегу реки мы обнаружили всего две пироги. Одна была маленькая, старая, с большой дыркой в корме. Другая поновее, большая и устойчивая. Разумеется, мы хотели купить ту, что поновее, но оказалось, что она продается только вместе со старой. Пришлось покупать обе. Причем старая стоила в два раза дороже новой; нам это показалось нелогичным, но вскоре все объяснилось. Просто маленькая принадлежала вождю, а большая — рядовому труженику.

Нанять одного проводника тоже оказалось невозможно, потому что к опытному, знающему места Шабану, которого нам рекомендовали, прилагался молодой и бестолковый Мачо: должность проводника весьма прибыльна и престижна, а Мачо был сыном вождя.

Закупив месячный запас продуктов (рис, крупа, сахар, пальмовый самогон), мы отправились в путь. Провожать нашу маленькую флотилию вышла вся деревня, и, оглядывая толпу черных людей, машущих руками и платками, мне почему-то показалось, что вот-вот над рекой грянет марш «Прощание славянки».