В гневе кротонцы не захотели брать пленных и всех, кто во время преследования сдавался, убивали на месте. Поэтому большинство сибаритов было уничтожено, а сам город кротонцы разграбили, оставив совершенно пустынным.

Одержав верх над тридцатью мириадами сибаритов при Тетраэнте30, кротонцы стали самыми сильными в Италии.

Однако, по прошествии нескольких лет, дела кротонцев, пользовавшихся доброй славой и заслуженной гегемонией31, приняли дурной оборот.

Пифагор, предчувствуя приближение заговора и разгрома общины пифагорейцев в Кротоне, где он прожил уже двадцать лет, не захотел участвовать в кровавой вражде и, никем не замеченный, ушел в Метапонт32.

До поры до времени калокагатия33 пифагорейцев и желание самих полисов, чтобы государственными делами управляли пифагорейцы, одерживали верх. Однако козни против них продолжались и постепенно достигли угрожающих размеров. Однажды, когда пифагорейцы заседали в доме Милона в Кротоне и обсуждали государственные дела, Килон и его приспешники окружили дом и подожгли. В огне сгорели все находившиеся в здании пифагорейцы, кроме двоих: Архиппа и Лисида. Они были самыми молодыми и сильными и каким-то образом прорвались наружу.

После этого пифагорейцы сложили с себя правительственные полномочия, так как полисы не придали случившемуся никакого значения. Произошло это не только из-за равнодушия и попустительства полисов, но и из-за гибели высшего руководства пифагорейцев.

Последствия этих трагических событий долго отзывались в Кротоне. Человек, купивший дом Пифагора в Кротоне, перерыл в нем все вверх дном. Он никому не осмелился рассказать, что ему удалось обнаружить, а вскоре он был схвачен и казнен в наказание за прегрешение (этот человек совершил святотатство в Кротоне - взял отвалившуюся от статуи золотую бороду в храме, не сумев скрыть это от других).