Рассматривая этого человека, я невольно позавидовал ему. Мне предстоял день убийственного безделья; он же, вероятно, собирался делать хорошо известное, нужное для него дело и был поглощен этим. Смутное решение зародилось во мне, скорее - представление о движении, в котором, как всегда, я находил некоторое рассеяние. Я думал, что мои нервы требуют настоящего утомления. Продолжая обдумывать это, я позвонил и спросил заспанного слугу о неизвестном всаднике. - Это охотник, - сказал слуга, презрительно посмотрев в окно, - дикий и необразованный человек; он, когда останавливается у нас, то спит в конюшне вместе со своей лошадью.

- Очень хорошо, - сказал я. - Мне хочется поговорить с ним.

Слуга ушел. Прошло немного времени, и я, услыхав шаги, открыл дверь. Охотник, сняв шапку, остановился на пороге, осматривая меня и мое помещение. Он не сказал ни слова, но, кончив беглый осмотр, встретился со мной взглядом и протянул руку.

- Астарот, - сказал он, и в его лице появилось выражение нетерпеливого ожидания.

- Что вы скажете насчет хорошей охоты?

- Доброе дело.

- Устройте мне это.

- Где?

- Где! - но вы должны лучше меня знать, "где".

- Я хочу сказать - близко или далеко от города? Чем дальше, тем лучше; если же вы любите стрелять уток, то это можно сделать в первом болоте.

- Я рассчитываю провести с вами три или четыре ночи, за что недурно вам заплачу.

- Что ж! - сказал Астарот после минутного размышления. - Выбирайте сами. По эту сторону гор я разыскал водопой; там найдутся козули, кабаны и козы. По ту сторону много медведей. Еще дальше, вокруг Чистых Озер, я находил бобров и лосей. Если вы легко устаете, лучше не забираться далеко, дороги малоудобны.