— Да, конечно.

— Это станет кульминацией праздника. Поэтому очень важно, чтобы все прошло достойно и организованно, с соблюдением всех правил приличия и без малейшего намека на скандал. Вы меня понимаете?

— Да. С другой стороны, я видел некоторые творения мистера Лифа, и, на мой взгляд, ему следует переименовать свою студию «Саймон Лиф продакшнс» и назвать ее «Фиг…».

— Мистер Скотт, легкомыслие…

— Может, небольшой скан…

— Мистер Скотт!

— Да, сэр?

— Мистер Скотт, мне известны ваши способности, квалификация, смелость и несколько необычные методы получения результатов, которые устраивают ваших клиентов. Меня заверили, что вы не боитесь ни Бога, ни дьявола, ни человека, ни зверя. Поэтому я и позвонил вам. Но мне также сказали, что иногда вы не можете попридержать свой язык на привязи и причиняете физическую боль даже тем, кто вас не слышит. Тем не менее, вынужден попросить вас заткнуться, потому что, когда говорю я, мне не нравится слышать чей-нибудь еще голос.

Я усмехнулся. Этот Монако заводится с полоборота, и таким он мне больше нравится.

— Сделаю все возможное, сэр, — ответил я.

— Прекрасно. Теперь вы понимаете, что благодаря присутствию прессы, телекомментаторов и особо важных персон любое неприятное происшествие получит широкую огласку. Далее, любая реклама порочащего характера может нанести серьезный ущерб моему предприятию — не только ущерб, но и привести к полному краху.

Он замолчал.

— Да, — произнес я.

— В среду и вчера в «Хан» приехали тридцать шесть очаровательных девушек. Это победительницы конкурсов красоты со всей страны, которые примут участие в финальном конкурсе поиска талантов. Одна из них, похоже, исчезла.

Он снова долго там что-то обдумывал.

— Похоже? — переспросил я.

— Я говорил с ней, когда она приехала в среду утром. Она — необычайно красивая девушка. Со вчерашнего дня ее никто не видел. Она не спала в своей постели прошлой ночью.