– А какая разница?

– Очень большая. Как, например, между «корпус деликти»{Corpus delicti – состав преступления (лат.).} и трупом. Как ты сам многократно говорил, средний человек считает, что «корпус деликти» в деле об убийстве – это сам труп, а на самом деле выражение «корпус деликти», если я все правильно помню, относится к составу преступления, а не к телу жертвы.

– Таким образом, я делаю вывод, что меня знакомят с тайной, а не с телом, к которому она относится, – улыбнулся Мейсон.

– Считай как хочешь, шеф. Однако могу заметить, что наблюдаю за ней уже целых десять дней, и все это время она провела в одиночестве, что определенно означает, что к ней не так-то легко подступиться.

– Так в чем же все-таки заключается тайна? – спросил Мейсон.

– Что ты думаешь о ее фигуре?

– О таких обычно говорят «аппетитная».

– Ты предполагаешь, что ей приходится постоянно бороться с излишним весом?

– Я сказал бы, что у нее две основные проблемы в жизни: излишний вес и свистки вслед.

– Так, посмотрим, какую кабинку она заняла, – огляделась по сторонам Делла Стрит, заходя в кафе. – Если мы сядем вот здесь, то увидим, что она будет есть. Ты не поверишь своим глазам.

Мейсон и Делла Стрит заказали жареную ветчину с гренками и кофе, откинулись на креслах, обтянутых водонепроницаемым материалом, и через несколько минут увидели, как интересующей их блондинке принесли стакан молока.

– Очень скромно, – заметил Мейсон.

– Для твоего сведения, шеф, стакан наполовину заполнен молоком, а наполовину – сливками. Я подкупила официантку и узнала массу интересного. Подожди, представление только начинается.

Блондинка в купальнике медленно выпила содержимое стакана. Затем официантка принесла ей горячий бифштекс, картофель фри и салат, за ними последовали яблочный пирог с мороженым и два шоколадных батончика.

– Как я предполагаю, шоколадные батончики должны помочь ей не умереть с голоду до следующего приема пищи? – усмехнулся Мейсон.