Это повлекло за собой крах многих прежних предвзятых  мнений. Некоторые европейские археологи и антропологи  еще не так давно полагали, что именно европейцы  первыми освоили навыки рисования и резьбы, создали  первую сложную культуру и даже первыми обрели дар речи  — словом, возникало впечатление, будто европейцы  обладают неким явным биологическим преимуществом  перед другими расами. Между тем структура генетического  древа опровергает подобную точку зрения. Аборигены  Австралии в генетическом отношении тесно связаны с европейцами  и имеют с ними даже общего предка, жившего  примерно 70 тысяч лет назад — вскоре после исхода народов  из Африки в Йемен. После этого будущие обитатели  Австралии отправились вдоль береговой линии побережья  Индийского океана, совершив растянувшийся на несколько  тысячелетий марш-бросок через острова Индонезии в  Австралию, где, оказавшись в полной изоляции от внешнего  мира, создали свою собственную, уникальную и сложную  художественную культуру. Самые ранние наскальные  рисунки, найденные в Австралии, по меньшей мере не уступают в древности творениям первых европейских художников.  Это означает, что люди, совершившие исход из  Африки, уже владели навыками рисования.

Другой загадочный парадокс, давно не дававший покоя  археологам, заключался в неожиданном и быстром распространении  своеобразной неолитической культуры по  всей Европе из Турции. Произошло это около 8000 лет тому  назад. Быть может, земледельцы с Ближнего Востока  оттеснили и уничтожили древних европейских охотников  и собирателей или новые идеи распространялись мирным  путем, постепенно получая признание у туземных европейских  общин эпохи палеолита? Генетический ответ на  этот вопрос совершенно ясен: 80% жителей современной  Европы являются потомками представителей генного типа  древних охотников и собирателей, и лишь 20% происходят  от ближневосточных охотников и собирателей. Таким  образом, древние туземцы Европы вовсе не были безвольными  слабаками