Описываемые мною события происходили в 1990 году. Тогда же мы с коллегами начали применять сканирование SPECT в лечении широкого контингента больных. В ходе работы нам удалось подтвердить результаты, полученные другими учеными, и расширить знания в новых направлениях, особенно в отношении таких состояний, как склонность к насилию, навязчивые состояния и «трудный характер».

В ходе этого исследования я собственными глазами увидел на снимках SPECT мозговые нарушения, которые отражаются на поведении моих пациентов. Эти нарушения мешают им улучшить их жизнь, посылая команду «Прервать!», как только кто-то из них попытается осуществить какие-то перемены. Я вижу, как корректировка нарушенной мозговой функции может изменить не только жизнь человека, но даже его душу. Один за другим пациенты, прежде не поддававшиеся лечению, начинали выправляться после того, как им назначали препараты, улучшавшие физические функции мозга. Концепция проста: когда мозг действует верно, вы тоже можете действовать верно. Если мозг не работает верно, не можете действовать верно и вы. Смысл ее глубок: наше поведение определяется работой различных участков мозга. С помощью сканирования SPECT мне удавалось точнее выявлять пораженные участки и назначать более эффективное лечение. Изучение этих снимков заставило меня изменить многие взгляды на человека, его характер, свободную волю, на добро и на зло — те представления, которые были привиты мне в детстве, когда я ходил в католическую школу.

После того как при помощи лекарств, питания и специальных психологических упражнений работу мозга удавалось «настроить», люди, прежде не способные к переменам, начинали вести себя по-новому и овладевали новыми навыками. У них появлялся расширенный доступ к продуктивной деятельности мозга, перед ними открывались новые возможности (хотя желание перемен было у них всегда). Так в моем мышлении произошел тектонический сдвиг, открывший мне новые возможности лечения больных, прежде казавшихся неизлечимыми.