Рабы и рабовладельцы составляли две главные социальные категории римского общества, интересы которых во всех отношениях были противоположны. Противоречие между рабами и рабовладельцами составляет основное противоречие римского, как и вообще античного строя. Однако этим еще далеко не исчерпываются все противоречия римского общества. В самом господствующем классе существовали многочисленные прослойки, жизненные интересы которых не всегда и не во всем совпадали. Достаточно указать, например, на глубокий антагонизм крупнейших сенаторов и мелких землевладельцев (плебеев), рабовладельцев центра (Италии) и периферии (провинций), войска и гражданского населения, города и деревни. В сглаживании этих противоречий, обеспечении гегемонии рабовладельческого класса в целом, захвате новых территорий и пополнении невольничьего рынка как раз и заключалась основная социальная функция императорской власти. Самодержавный глава римского общества в то же время был самым крупным землевладельцем и рабовладельцем, в имениях и эргастериях которого работали тысячи рабов, вольноотпущенников и свободных арендаторов. На свои личные средства (фиск) римский император мог вербовать целые армии и оплачивать чиновников.

С историко-культурной точки зрения императорский строй, по сравнению со строем государства-города, представляет значительный шаг вперед как в истории средиземноморских стран, так и в общей истории человечества. При этом, конечно, не следует смешивать конституции городских республик античного мира с республиканскими конституциями государств нового времени, знаменующими по сравнению с монархическим строем высшую стадию общественного развития. Точно так же и Римскую империю не следует уподоблять современным империям, как это делают некоторые буржуазные ученые.