Да, Петр влюбился в свою тетку. Двенадцать лет, по нашим меркам, шестой класс, а в XVIII веке рано взрослели. Петр влюбился, и Остерман ему в этом очень помогал. У последнего были замечательные отношения с Натальей Алексеевной: Андрей Иванович и добр, и умен, и щедр. Наталья умела уговорить брата, мол, если кого-то слушать и кому-то верить, то этот человек именно Остерман.
Меншиков выздоровел и пожелал вернуть ускользнувшую было власть, но не тут-то было. Он не узнал царя. Размолвки и раньше случались, и все из-за такой вроде безделицы, как деньги. Об этом ли надо было думать временщику? Цех петербургских каменщиков поднес Петру II 9000 рублей. Петр их принял и отослал сестре. По дороге курьера перехватил Меншиков и отобрал деньги. Царь потребовал, именно потребовал, объяснений. «Вы, ваше величество, еще слишком молоды и не умеете обращаться с деньгами, а казна пуста, я найду этим деньгам лучшее применение». Петр вспылил: «Как ты смел ослушаться моего приказания?» Меншиков буквально остолбенел от такой решительности, он не ожидал ничего подобного. Ему бы усвоить урок, но случай, подобный предыдущему, повторился, и опять деньги, и опять сестра Наталья, и еще более строгий выговор от Петра. Почувствовав силу государя, к нему стали обращаться с просьбами, и вот уже Петр решает спор в армейских делах. Наконец была брошена фраза: «Или я император, или он!» Хода назад не было.