Гордость музея — отдел восстановления скульптуры. Монументы и статуи, помещенные в просторную мастерскую, вместе создают композицию некоего сюрреалистического сна. Снятая с уличного постамента бронзовая королева Виктория гигантских размеров занимает весь «диаметр» длинной комнаты. Ей под юбку-колокол бессовестно заглядывает какой-то античный купидон или фавн. Рядом резвится мраморный кентавр, изваянный в XVIII веке по античным образцам. Вокруг мельтешат головы, руки, ноги и тела разных эпох. Это и немудрено, ведь коллекция, поступившая в свое время из богатейшего собрания ливерпульской семьи Бланделл, насчитывает около 600 одних только античных скульптур.

Мое внимание привлек бронзовый человек в позе римского оратора, но с лицом типичного английского клерка. Как объяснил пресс-секретарь, его переместили сюда на реставрацию из старого ливерпульского некрополя, расположенного у подножия крупнейшего в мире англиканского собора. Статуя увековечила Уильяма Хаскиссона (1770— 1830), члена городского совета, в шестьдесят лет ставшего жертвой технического прогресса. Мистера Хаскиссона сбил первый железнодорожный состав, курсировавший между Ливерпулем и Манчестером. Его современники и земляки были настолько потрясены этим ЧП, что на общественные деньги построили в честь пострадавшего часовню и украсили ее скульптурой…

В общем, собранная волей случая фантастическая «компания» дожидается очереди на лечение своих бронзовых или каменных «органов». Сотрудник лаборатории скульптуры Сэм Спортан рассказал, что для их очистки здесь применяется уникальная, самая прогрессивная в мире лазерная технология, а в качестве доказательства представил два мраморных античных бюста: один, пропитанный пылью веков, прокопченный, — и по контрасту другой, сияющий белизной после световой терапии.