Обсуждая с Г.Уэллсом возможности осуществления мечты о Едином благоденствующем Мире, И.Сталин ему возразил: «… я не забываю, что имеется много злых людей. Я не верю в доброту буржуазии (…)» Из чего можно понять, что Сталин мог бы уточнить приведенное высказывание Р.Хатчинза:

Единый мир на основе концепции совершенной тирании хуже, чем несколько миров, в каждом из которых тирания по-разному несовершенна. По крайней мере в каждом из миров легче освободиться от свойственной ему тирании, именно благодаря ее несовершенству, что поможет и остальным мирам освободиться от свойственной им тирании.

Тем не менее, хотя прошло уже более 40 лет от времени, когда Р.Хатчинз высказал свои взгляды о Едином Мире, мировом правительстве и тирании, как явствует из цитированной статьи: индивидуалистичное мышление западной пишущей “элиты” все еще не может подняться с уровня рассмотрения деятельности отдельных личностей, превозносимых над обществом, на уровень рассмотрения концепций самоуправления обществ, которые объективно свойственны всем национальным культурам, международной культуре, и только выражаются в деятельности личностей политиков, более или менее осознанно их осуществляющих. Но многое говорит и о том, что концептуальный уровень рассмотрения проблем глобальной социологии не свойственен и для кланово-замкнутых обсуждений, которые не выносятся в средства массовой информации: в противном случае, средства массовой информации, даже умолчанием не нагнетали бы потенциала катастрофического разрешения неопределенностей управления, от которого могут пострадать и сами носители непонимания и умышленно не оглашаемых намерений и воззрений на глобальные проблемы и перспективы их разрешения.

Этот процесс нагнетания потенциала катастрофического разрешения неопределенностей, возникающих за счет непонимания, осознанных умолчаний и формально вежливого “не оскорбляющего” употребления слов в переносном и в “общем”, т.е. неточно определенном смысле, хорошо отразился во второй статье: