Этот парень кончил фобическими ощущениями по поводу почти всего в жизни – что часто называют агорафобией. То, что сделал терапевт, было блестяще – в некотором смысле. Он изменил ощущения своего клиента путем связывания переживаний. Вот только сделанный им выбор ощущения, подлежащего генерализации, в мои представления о наилучшем выборе не вписывается. Он привязал панические эмоции этого человека ко всем тем контекстам его жизни, которые производили ободряющий эффект. Вы можете использовать в точности этот же процесс, чтобы взять приятное ощущение и генерализовать его таким же образом. Если бы этот терапевт понимал процесс, который использовал, то мог бы обернуть его на сто восемьдесят градусов.

Я видел, как то же самое происходит в супружеской терапии. Жена начинает жаловаться на какой-нибудь поступок мужа, и терапевт говорит:"Смотрите на своего мужа, говоря это. Вам нужно находиться в глазном контакте». Это свяжет все те неприятные эмоции с видом мужниного лица – так что всякий раз, глядя на него, она будет их испытывать.

Вирджиния Сатир применяет в семейной терапии тот же процесс, но поворачивает его в обратную сторону. Она расспрашивает пару о важнейших моментах первых дней их ухаживаний, и когда они зарумянятся – тогда она заставляет их смотреть друг на друга. Она может сказать что-нибудь вроде:"И я хочу, чтобы вы осознали, что это тот же самый человек, в которого вы были так глубоко влюблены десять лет назад». Это связывает с лицом супруга совершенно другое чувство, обычно куда более полезное.

Одна пара, пришедшая на встречу со мной, какое-то время была на терапии у кого-то другого, но они все еще воевали. Раньше они постоянно воевали дома но когда они пришли ко мне, это происходило только в офисе терапевта. Возможно, терапевт сказал что-то вроде: "Теперь я хочу, чтобы вы приберегли все свои схватки для наших совместных сеансов, чтобы я мог наблюдать, как вы это делаете».

Я хотел понять, с чем были сопряжены ссоры – с терапевтом или с его офисом, поэтому провел с ними эксперимент. Я выяснил, что если они приходят в офис терапевта в его отсутствие, то не спорят; но если он проводит сеанс у них дома – спорят. Так что я просто сказал им, чтобы они больше не встречались с этим терапевтом. Это было простое решение, которое уберегло их от больших расходов и множества неприятностей.