День был тяжелый и изматывающий. Перри Мейсон и его секретарша Делла Стрит закончили снятие показаний свидетеля под присягой. Хитрый свидетель все время уходил от существа дела, его адвокат непрерывно выступал с возражениями по чисто техническим аспектам. Потребовалось все умение Перри Мейсона, чтобы в конце концов вытянуть из него важные факты.

Адвокат и его секретарша решили поужинать в ресторане Морриса Албурга. Они выбрали закрывающуюся шторкой кабинку в самом конце зала. Опустившись на мягкое сиденье, Делла Стрит вздохнула с облегчением, посмотрела на усталое лицо Мейсона и призналась:

– Не представляю, как вам это удается. Я чувствую себя как выжатый лимон.

Моррис Албург сам решил принять заказ у такого известного посетителя.

– Напряженный день, мистер Мейсон? – поинтересовался владелец ресторана.

– Даже не хочется вспоминать, – ответил Мейсон.

– В суде с утра до вечера, как я предполагаю?

Адвокат покачал головой.

– Нет, Моррис, – начала объяснять Делла Стрит и показала на свой блокнот, в котором она стенографировала ответы свидетеля. – Снимали показания под присягой, видите, сколько страниц я исписала?

– М-да, – неопределенно ответил Албург, ничего не понимая, и обратился к посетителям: – По коктейлю?

– По двойному «Бакарди», – попросил Мейсон.

Моррис Албург передал заказ проходившей мимо официантке, а сам принялся обсуждать меню.

– Я бы предложил цыпленка или бифштекс – изумительно сегодня получились.

Владелец ресторана поднес большой и указательный пальцы к губам.

Делла Стрит рассмеялась.

– Моррис, вы пытаетесь перед нами воображать? А это откуда взялось?

– Бифштексы?

– Нет, жест.

Моррис Албург улыбнулся.

– Я видел в кино, как один владелец ресторана таким образом рекомендовал что-то своим клиентам, – признался он. – Правда, потом он принес такую дрянь… Мне стоило один раз взглянуть на мясо – и я сразу же догадался, что оно жесткое, как подошва.