По свидетельству Геродота, в Египте, в тот же период V века до нашей эры, собаки также считались священными животными. Это, правда, касалось лишь комнатных собак, но тем не менее факт остается фактом.

В те времена можно было увидеть на берегах Hила пышные похоронные процессии, провожавшие в последний путь скончавшихся четвероногих кумиров.

Их, как представителей высшей знати, бальзамировали и хоронили на специальных кладбищах с почестями, составной частью которых были и человеческие жертвоприношения.

По ним, как впрочем, и по умершим кошкам, носили траур и даже сбривали брови в знак наивысшего проявления скорби.

Культ собак процветал на всем Древнем Востоке.

Представим себе такую ситуацию…

Грек-путешественник, направившийся из Александрии вверх по течению Hила, через несколько дней пути увидел бы высокие стены города, над аркой главных ворот которого красуется изображение собаки, причем не как символ тотемного божества, а как своеобразный герб города.

Заинтересованный путешественник приближается к городским воротам и низко кланяется стражнику.

— Как называется этот благословенный город, добрый человек? — спрашивает путешественник.

Стражник удивленно смотрит на него, а затем, поправив висящий на груди золотой барельеф, изображающий собачью голову, спрашивает в свою очередь: — Ты не смеешься надо мной, чужеземец?

Путешественник горячо заверяет его в том, что не имеет подобного намерения.

Стражник с подозрением всматривается в его лицо, затем снисходительно роняет: — Видимо, ты прибыл из какой-то очень далекой и дикой страны, чужеземец, если тебе не известна Каса — жемчужина подлунного мира!

— Каса?! — удивляется путешественник.

Заметив, что стражник грозно хмурит брови, он спешит добавить: — Если название этого города перевести на греческий язык, то оно будет звучать как «Кинополис».

— Это еще что?