Осмотр фермы завершается традиционной чашечкой кофе. Джибрин гостеприимным жестом приглашает нас пройти в бедуинский шатер. Внутри он застлан огромным ковром. В центре шатра стоят несколько низеньких столиков. Мы садимся за один из них прямо на ковер, скрестив ноги. Работник фермы приносит крепчайший кофе в маленьких чашечках и блюдо с восточными сладостями.

— А можно прокатиться на одном из ваших верблюдов? — спрашивает Володя.

Джибрин переглядывается с Мухаммедом и говорит:

— Как правило, мы этого не делаем. Но вы приехали из такой далекой страны... Поэтому для вас сделаем исключение.

Мы выходим из шатра, и к нам подводят высокого красавца — дромадера, вероятно, самого спокойного по характеру. По команде помощника Джибрина верблюд подгибает ноги и ложится на брюхо. Володя быстро садится в седло и берет в руки поводья. Дромадер, надменно повернув голову и посмотрев на седока, встает и в сопровождении помощника Джибрина делает круг по территории фермы.

Затем и мы с отцом Володи совершаем такое же турне в седле дромадера, благодарим гостеприимных хозяев и выезжаем за ворота фермы.

Через четверть часа мы уже въезжали в празднично украшенную Шаханию, на ипподром. Заезды уже начались. Лавируя между зрителями, мы прошли вперед и расположились недалеко от центральной трибуны. Там, под красиво изогнутым навесом в форме бедуинского шатра, хорошо была видна группа людей в белых одеждах.

Это шейхи, члены семьи его величества эмира Халифа бен Хамад Ат-Та-ни, — вполголоса говорит Мухаммед, — ждут самого наследного принца, с минуты на минуту. А сейчас объявят результаты предыдущего заезда.