*1 Николаевский Б.И. Указ. соч.С. 50 81.
379
под скипетром русского Царя, и, наконец, русским становились Константинополь и проливы - стратегический пункт влияния на Ближний Восток и на Средиземноморье. Такое усиление России не устраивало ее союзников. Сильная справедливая Россия становилась тормозом для колониальной политики Англии в Азии, и прежде всего на Ближнем Востоке. Франция же относила Балканы к своей сфере влияния, кроме того, у нее были и свои интересы на Ближнем Востоке и в Азии.
Вообще, ни Франция, ни Англия не хотели допустить Россию к переустройству мира на справедливых началах. В книге исследователя французского масонства С. Ютена рассказывается о масонском конгрессе во время войны, на который "Россия либо не послала делегатов, либо, что вернее, не была приглашена". Там обсуждалось будущее, связанное с концом войны, победой Франции и переустройством мира: были подняты вопросы об Эльзасе и Лотарингии, Истрии, Триесте, Восточной Адриатике, Шлезвиг-Гольштейне, Польше, Армении и колониальных землях Германии. "Совершенно ясно, - отмечает С. Ютен, что никакой роли в переустройстве мира союзники при этом России не предназначали".*1
Отмечая роль союзников России в революции, генерал Людендорф писал: "Царь был свергнут революцией, которую фаворитизировала Антанта. Причины поддержки Антантой революции не ясны. Судя по всему, Антанта ожидала, что революция принесет ей какие-то преимущества".*2 Так же считали и многие другие германские военачальники, видевшие в Февральской революции руку англичан, действовавших через Думу и отдельных лиц. Генерал Спиридович в своей книге указывал на нежелание англичан допустить Россию к захвату Константинополя и Дарданелл.