Мысль эта отчетливо прослеживается от Шлецера и Карамзина до современных написателей многочисленных «историй отечества». Стоит отметить, что эти историки, как триста лет назад, так и сегодня, были на содержании либо у нерусской власти, либо у организаций, ведущих идеологическую войну против русского народа (таких, например, как масонство или фонд Сороса).

Совсем иная история славяно-русов предстает перед нами, если мы обратимся к работам тех русских историков-патриотов, которые не получали денежного вознаграждения за свои исторические труды, а если и состояли на государственной службе, то по другому (не историческому) ведомству. При этом стоит обратить внимание на то, что чем ближе (считая от нас) к границе XVII–XVIII веков они жили (то есть, чем менее было замутнено их сознание шлецеровско-карамзинскими баснями и чем родней им были летописные и устные предания русского народа), тем более своеобразную, яркую и древнюю историю Руси-России они описывают.

И первым среди них надо назвать Василия Никитича Татищева (1686–1750), солдата, ученого, политика, чиновника, исследователя. Он участвовал в Полтавском сражении, руководил металлургическими заводами, осваивал Южный Урал и Северный Казахстан, основал Екатеринбург. Но в веках прославила его имя написанная им «История Российская», три тома которой донесли до нас бесценные сокровища русских летописей, уничтоженных затем в московском пожаре 1812 года.

В первом томе своей «Истории» В. Н. Татищев (ссылаясь на таких античных авторов, как Диодор Сицилийский и Геродот), указывает на древность славян, которые, по его словам, «сначала жили в Сирии и Финикии», затем на южном побережье Черного моря, участвовали в Троянской войне, после которой значительная их часть переселилась в Европу, заняв северное и северо-западное побережье Адриатики (современную Албанию, Сербию, Хорватию и северную Италию)