Книга постоянно дорабатывалась и многократно переиздавалась в Польше. Она выдержала более десяти изданий в своей стране и стала наиболее авторитетным учебником истории философии, на котором выросло не одно поколение студентов. Это своеобразное, подобное средневековым «Суммам» произведение содержит не только сведения по истории философии, но и по истории логики, психологии, этики и другим философским дисциплинам, представляет собой весьма подробное изложение взглядов европейских мыслителей со времен античности до последней четверти XX в. Причем Татаркевич вполне отдавал себе отчет в том, что книга ни в коей мере не исчерпывает всего знания по истории философии, поскольку история философии более богата, чем наша способность к ее постижению.

К особенностям данной работы необходимо отнести стремление автора рассмотреть историю философской мысли как историю людей, которые ищут ответы на сущностные вопросы своего времени. Владислав Татаркевич пытался посмотреть на историю философии через личность философа, и это придает книге особую привлекательность. Она написана чрезвычайно ясным и прозрачным языком, что делает ее понятной для читателя, полезной для изучения курса философии в высшей школе.

Как историк философии, Татаркевич стремился к детальной классификации исходных позиций философов. Историю философского знания он рассматривает на широком культурном фоне тех эпох, которые он описывает. В беседах со своими многочисленными учениками он часто говорил о том, что является только собирателем, коллекционером мысли. Эта скромность автора очень заметна и в книге. В предлагаемом читателю труде автор как бы отсутствует, его отношение к излагаемым философским проблемам не проявляется. Такая позиция дала ему возможность проследить развитие философских идей вне политических оценок самих философов, их классовой принадлежности. Эта как бы незаинтересованная авторская позиция позволила Владиславу Татаркевичу объективно представить реальное место, которое занимает та или иная философская система, тот или иной философ в истории философии и мировой культуры.