Женщина, выступавшая по делу свидетелем обвинения, была чрезвычайно умна. Мейсону требовалось во что бы то ни стало опровергнуть ее показания, в противном случае его подзащитного неминуемо признают виновным. В запасе у адвоката имелся только один неожиданный ход, и он очень надеялся, что сможет произвести им должный эффект. Однако оставшегося до пяти часов времени явно не хватало, чтобы пустить козырь в игру, а затем, воспользовавшись вызванным замешательством, развить успех. С другой стороны, если потратить последние двадцать минут перекрестного допроса на бесцельные блуждания, присяжные отправятся на уик-энд в полной уверенности, что показания свидетельницы следует принять за чистую монету.

Мейсон решился.

— Миссис Лавина! — обратился он, приветливо улыбаясь.

Великолепно одетая, привлекательная женщина на свидетельском месте повернула к нему лицо, выражавшее, казалось, лишь невероятное желание быть подвергнутой самому тщательному перекрестному допросу, какой только мог быть ей уготован.

— Вы опознали, — сказал Мейсон, — в подсудимом человека, совершившего нападение?

— Да, господин адвокат.

— Когда вы увидели подсудимого впервые?

— В ночь нападения. Мистер Арчер остановил машину у светофора. Этот человек возник непонятно откуда, распахнул дверцу, сунул пистолет в лицо мистеру Арчеру и преспокойно забрал его бумажник, его бриллиантовую булавку для галстука и мою сумочку. Все было проделано так быстро, что не успела я сообразить, что происходит, как он уже отбежал к обочине, вскочил в машину, стоявшую на встречной полосе, и исчез.

— И мистер Арчер попытался преследовать его?

— Конечно нет. Мистер Арчер не стал делать подобной глупости. Тот человек был вооружен. Мистер Арчер — нет. Мистер Арчер развернул машину, остановил ее у аптеки на противоположной стороне улицы и позвонил в полицию.