Оказавшись в пропитанном сыростью укрытии, я ни словом не упомянул о растянутом, странно мерцающем мгновении, которое предшествовало нашему паническому бегству. Я понимал, что мое переживание было вызвано грибом, но не хотел, чтобы мысли об этом отвлекали меня: ведь впереди нас ожидала более заманчивая цель. Тогда я воображал, что в дебрях джунглей нам предстоит поиск других галлюциногенов: растений, содержащих перорально активный психоделик диметилтриптамин (ДМТ), и психоделического напитка аяхуаски. Эти растения издавна связывают с телепатическими способностями и подвигами, выходящими за пределы человеческих возможностей. Однако способы их применения, являющиеся уникальным достоянием жителей Амазонии, так и не были полностью изучены.

Придя в себя, я решил отложить опыт с грибом до лучших времен. Коренные жители Колумбии уверяли меня, что золотистая строфария растет исключительно на навозе зебу, и я полагал, что в гуще джунглей, где мне скоро предстояло очутиться, нас едва ли ожидают пастбища и рогатый скот. Выбросив из головы мысли о грибах, я стал готовиться к тяготам плавания по Рио-Путумайо на пути к цели нашего путешествия - отдаленной миссии, которая называлась Ла Чоррера.

Зачем наш цыганский табор отправился в парные джунгли Колумбийской Амазонии? Наша компания состояла из пяти человек, связанных узами дружбы, буйного воображения, наивности и страсти к путешествиям и экзотическим переживаниям. Ив, наша переводчица и с недавних пор моя любовница, была единственной в группе, кто не был знаком с остальными с давних пор. Как и все мы, она была американкой, прожила несколько лет в Южной Америке и путешествовала по Востоку, где я однажды и встретил ее в аэропорте Катманду в очень тяжелое для нас обоих время. Но это совсем другая история. Она недавно освободилась от одной длительной связи.