Как-то весной, где-то в конце марта, Глеб Спозаранник получил по нашей электронной почте письмо с угрозами. В этом не было ничего удивительного: время от времени в агентство приходили грозные послания. Они предназначались либо всем, либо кому-то из журналистов. Чаще — Обнорскому, реже — кому-нибудь из репортеров.

Однако на этот раз письмо пришло по электронной почте. И к тому же содержало много подробностей из личной жизни Спозаранника: время, когда жена отводит дочек в детский сад, и дорогу, которой его сын ходит в школу.

Через два дня пришло новое послание, в котором неизвестный подробно описал, как можно открыть дверь в квартиру Спозаранника.

Обнорский решил, что дело серьезное. Коля Повзло разыскал своего давнишнего приятеля-компьютерщика Пашу. Его и попросили о помощи: найти неизвестного «писателя».

Работал Паша в моей комнате. Я наблюдала за тем, как и что он делает. И кое-что запомнила. Тогда я спросила у Паши:

— Так любого человека можно найти?

— Следы есть всегда. Нужно только знать, где искать. Смотри… — Паша вывел на экран текст последнего послания. — Здесь не указан адрес отправителя. В принципе, это несложно: в программе электронной почты нужно заблокировать несколько элементов. И все-таки следы остаются.

Паша вышел на сервер нашего провайдера, вскрыл какой-то служебный элемент:

— Здесь фиксируются адреса, с которых пришли сообщения. А дальше уже нетрудно. Только сохранить терпение, чтобы «размотать» все сайты, через которые проходило сообщение, прежде чем попасть к нам.

Тот весенний аноним оказался хитрым и увертливым, но Паша все-таки его разыскал. А уж потом довольно быстро наши расследователи установили, что анонимками баловался пятнадцатилетний сосед Спозаранника по подъезду, который почему-то решил, что Глеб Егорович обижает великого писателя Обнорского. Подросток видел их вдвоем в какой-то телепередаче, где Глеб и Андрей жарко о чем-то спорили.