Если ты заблудился,   ничего   страшного   нет: где лучше снег, зарывайся и отдыхай... Я один раз лошадей искал в степи, сильный буран был, ничего не видно. Нашел сугроб, закопался, лежу. Тепло, спокойно. Лошадь за повод держу. В сугробе такая дырочка образуется от твоего дыхания, и там отоспишься — день, два, сколько надо. Пока буран не затихнет. Слышу — лошадь моя что-то дергается. Не пойму ничего. Разгребаю, сажусь — волк стоит. — И Таукенов басом хохочет.

— И что этот волк? Не напал на вас? — любопытствует Нелли Викторовна.

— Волки боятся мужчин с лошадью. Знаете, как волк волчат учит? Пастух на лошади — очень опасный пастух. Держись от него подальше.

— А коней они разве не трогают?

— Волку с конем не справиться. Часто волки в самом косяке даже рыскают. А те — ничего, пасутся. Если даже волки и нападают на табун, то жеребцы прямо схватываются с ними — бьют копытами, а потом разрывают зубами на части. Так что   волку   их   взять   не   просто. Слишком сильное животное.

— Не всегда, — возражает Леонид Дмитриевич. — Помнишь, как волк свалил лошадь? Вцепился ей в хвост, а потом отпустил. Та упала. И он тут же ей брюхо вспорол.

— Да, «каскыр» порой очень находчив, — усмехнулся Таукенов. — Природный степняк. Кочевник. — И, помолчав, добавляет. — Это наше тотемное животное.

Согласно древней тюркской легенде, девятилетнему мальчику враги обрубили руки и ноги, а самого бросили в болото. Там от него понесла волчица. Враги все же добили мальчика, а волчица убежала на Алтай и родила там десять сыновей. Род размножился, через несколько поколений вышел из пещеры и покорил всю Великую степь. Золотая волчья голова красовалась на тюркских знаменах. Казахи гордятся своими тюркскими корнями. На кыпчакском наречии тюркского языка они по сей день говорят. Но спросите любого казаха: кто в степи твой главный враг? Он, не задумываясь, ответит: каскыр. Волк.