И тем временем в Персидском заливе создается мощная военная группировка интервенционистских сил, а для ее прикрытия в ряде стран Залива (в Катаре, Бахрейне, ОАЭ и Кувейте) спешно размещаются по приказу из Вашингтона системы противовоздушной и тактической противоракетной обороны наземного и морского базирования.

Одновременно сообщается о завершении работ в США по созданию самой мощной в мире неядерной бомбы, которая способна пробивать даже скальный монолит на глубине 60 метров и «достать» таким образом ядерные объекты Ирана, где бы они ни были спрятаны. Взрывоопасная ситуация в регионе, находящемся у границ России, усугубляется и тем, что процесс ближневосточного урегулирования вновь натолкнулся на активное противодействие Израиля, не желающего считаться с необходимостью создания дееспособного независимого палестинского государства. Наконец, масла в огонь в регионе добавляют предпринимаемые войсками США и НАТО карательные «наступательные операции» на юге Афганистана и в Пакистане, оборачивающиеся гибелью сотен мирных жителей.

5. Нельзя сказать, что нарастание военной опасности не волнует российское руководство. Так, в опубликованной в начале февраля с.г. «Военной доктрине Российской Федерации» впервые многие вещи названы своими именами. Например, в качестве основной внешней военной опасности для России прямо называется «стремление наделить силовой потенциал НАТО глобальными функциями, реализуемыми в нарушение норм международного права, приблизить военную инфраструктуру стран-членов НАТО к границам Российской Федерации, в том числе путем расширения блока». Впервые не исключается также и «вероятность развязывания против РФ крупномасштабной войны с применением обычных средств поражения и ядерного оружия».

Однако эти здравые констатации вообще не соотносятся в доктрине с осуществляемыми в вооруженных силах России «сердюковскими» реформами, которые, по мнению видных военных экспертов, наносят колоссальный ущерб безопасности России и практически ведут к развалу вооруженных сил.



33 из 121