Вот маловато таких домов, и те, вишь, выгорают. Но ведь больницы еще есть. Совсем постарел дедушка. Слег и не встает. Кушать, правда, просит регулярно почти каждый день. Поворачиваться перестал - что со старенького возьмешь? Можно бы и не беспокоить его с поворотами, так ведь мочится в постель. У него в закутке тепло, все бы высохло, но запах по всей квартире. Надо бы в больницу, там все-таки персонал для ухода за такими предназначен. Заплатим – будут поласковей. Может подлечат, на ноги поставят. Домой вернется, хоть до туалета сможет доходить. Не скоро встанет? А мы и не торопимся. Приплатим, пусть там еще подлечат. Стандарт продолжительности лечения? Так оформим выписку с улучшением, а потом примут в другое отделение. Болезней-то у старика – пальцев на руке меньше. Как он еще живет до сих пор? Умрет ведь в больнице. Вы, доктора, не сомневайтесь относительно нашего понимания тяжести болезни нашего дедульки. Наше заявление о нежелательности вскрытия после смерти гарантируется.

Домыслы? Пусть хоть один из продажных журналистов не для последующей публикации, а хотя бы для удовлетворения собственного шкурного интереса (собственная перспектива) потрется денек-другой (если вытерпит) в какой-нибудь больнице не показушной. Сам увидит, что байка про дедушку еще более-менее ориентирована на видимость приличия. Бывает пожёстче. Жена-молодуха вполне обоснованно, планово привозит старика-мужа (не первый брак) в лечебное учреждение. Тяжёленький дедок – вполне мог на днях умереть. Но доктора постарались, дедушка даже восстановил способность передвигаться и вполне критически оценивать обстановку, домой запросился. Домой – так домой, не помолодел, здоровее, чем до ухудшения состояния не станет. Курс лечения закончен, дедушку выписывают. Жена в восторге от неожиданного счастья? «Вы что наделали? У нас уже все к похоронам готово. Я его квартиру уже сдала. Мне его в свою квартиру везти, чтобы и она запахом его мочи пропиталась?..» Вряд ли надо весь ее монолог излагать.