Я участвовал в русско-израильском телемосте на тему о терроризме и прессе. У меня двойственное отношение к самой идее этого телемоста.

С одной стороны, мне глубоко несимпатичен этот обмен на равных, мол, у вас террор, у нас террор, обменяемся опытом, как с ним бороться. С такой позиции мы можем еще позвать американцев, боровшихся с террором во Вьетнаме, или немцев, страдавших от террора в Белоруссии. Есть глубокая асимметрия ситуаций, которую этот обмен затушевывает.

Террор – это просто способ ведения партизанской войны, а значит, в первую очередь нужно понять, что хотят воюющие стороны. В России террор - это дело сепаратистов-отморозков, которых, насколько я понимаю, не поддерживает большинство жителей Северного Кавказа, а в Израиле партизанскую войну – интифаду – вело практически все нееврейское население страны, вело ее не за отделение, но за элементарное равенство в правах.

Ситуация в России и в Израиле разная. В России все равны, чеченец может быть и ближайшим советником президента, как Сурков, и спикером парламента, как Хасбулатов. В Израиле палестинец не может быть никем, и практически не было и нет ни араба-министра, ни араба-посла, ни даже араба-судьи Верховного суда.