Как известно, статья 29 действующей Конституции гарантирует свободу слова. Она запрещает пропаганду социальной вражды, предоставляя законодателю уточнение данного понятия. Законодательство РФ уточняет признаки принадлежности к религиозной или этнической общности, однако не устанавливает критерии «социальной группы», что открывает возможность для необоснованных ограничений на свободу слова. Таким образом, очевидный замысел законодателя основан на печальном опыте массовых репрессий по классовому признаку в нашей стране (на что справедливо было обращено Ваше внимание в выступлении 30 октября с.г. в День памяти жертв политических репрессий) и имел целью предотвратить пропаганду ненависти в связи с имущественным и социокультурным статусом. Однако существующая редакция уголовного закона, а главное, практика её применения привели к полному изменению и извращению первоначального замысла.

Уголовный Кодекс РФ устанавливает (статья 282, часть 1): «1. Действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам... аравно принадлежности к какой-либо социальной группе, совершенные публично или с использованием средств массовой информации, - наказываются штрафом в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет, либо обязательными работами на срок до ста восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо лишением свободы на срок до двух лет...».

Практика такова, что по данной норме, когда инкриминируют возбуждение вражды по признакам принадлежности к социальной группе, органы следствия и суда имеют в виду любые, самые произвольные трактовки понятия «социальная группа». Это противоречит Конституции РФ и общепризнанным нормам по правам человека, поскольку носит абсолютно неконкретный характер и создаёт условия для неконституционного ограничения свободы слова и идеологического плюрализма.