Сотрудник сената, знакомый с майским подтверждением и просивший не называть его имени из-за деликатности вопроса, сказал: «Это означает, что президент дал обязательство, и политически у него не было никакого выбора, кроме как уделить внимание ядерной программе Израиля. Однако это ставит под сомнение, в сущности, каждую часть президентского плана мероприятий по нераспространению ядерного оружия. Президент предоставил Израилю тактический приём для свободного выхода из рамок Договора о нераспространении ядерного оружия». Дэрил Кимбелл, исполнительный директор Ассоциации по контролю над вооружениями, сказал, что этот шаг не очень вреден для политики США. Однако добавил: «При всём уважении, я бы не согласился с господином Нетаньяху. Речь президента Обамы и резолюция Совета Безопасности ООН номер 1887 относятся ко всем странам, независимо от тайных договорённостей между США и Израилем. Мир без ядерного оружия совместим с заявленной Израилем целью достижения на Ближнем Востоке зоны, свободной от оружия массового уничтожения. В сообщении Обамы говорится, что в области нераспространения и разоружения ответственность должна распространяться на все государства, а не только на некоторые».

Израильская ядерная доктрина называется «длинный коридор». В соответствии с ней Израиль начнёт рассматривать вопросы ядерного разоружения только после подписания всеми странами, официально находящимися в состоянии войны с ним, мирных договоров и отказа всех соседних стран не только от ядерных программ, но также и от химических и биологических арсеналов. Израиль рассматривает ядерное оружие как реальную гарантию безопасности во враждебном окружении. Дэвид Олбрайт, президент Института науки и международной безопасности, заявил: «Я надеюсь, что администрация Обамы не слишком много уступила Израилю.