Такое впечатление, что прощеное воскресенье политики перенесли на понедельник масленичной недели. И с тех пор едят блины и пьют за общественный консенсус и политическое непротивление, проникшись чувством выполненного задания.

Кто задания раздает, понятно: не Медведев же – не президентское это дело, как и многое другое (да считай, почти все) в тандемократической России. Владимир Путин по-прежнему консолидирует правящую элиту, которая с не меньшей тревогой, чем он, восприняла произошедшее в Калининграде. Вмешательство населения в политику не нужно никому – от Путина до Зюганова. И вот Грызлов побратался с Мироновым, а Юргенс сказал, что только Путин с Медведевым должны определять, кому править на Руси.

И наступила тишина. Разве что Бооса снимут с губернаторов, ибо есть за что: никто такого безобразия себе не позволял, как он. Допустил такой митинг, да еще порывался поговорить с представителем внесистемной оппозиции.

Кстати, после заявления Юргенса стало ясно, где проходит граница между двумя оппозициями: системной и внесистемной. К последней принадлежат те, кто также может быть назван сторонниками украинизации России, если воспользоваться термином, озвученным не так давно премьер-министром. То есть полагают, что власть должна быть сменяемой и демократически избираемой. Ну, а о системных оппозиционерах можно судить именно по заявлению Юргенса.

На внешние раздражения система в состоянии реагировать только так, как она только что отреагировала. Любая акция, подобная калининградской, направлена не только против Путина и «Единой России», но и против всего политического истеблишмента. Против внутриэлитного консенсуса.

Путин пошел по самому простому и безопасному пути.