В дверях опять появилась девушка, и он взглянул на нее.

- Это вы Клэрити?

- Я. Вообще-то меня зовут Шерон, я ирландка. А вы Мак-Куин?

- Да. А зовут меня Уорд.

Он вошел в магазин, спеша скрыться от любопытных глаз. На прилавках было меньше товара, чем в гораздо более просторном и богатом заведении Хатча, но то, что было выставлено, говорило о вкусе и тщательном выборе. Здесь было много вещей, которые обычно не встретишь в западных городишках.

- У меня есть где умыться, - предложила она. - По-моему, вам надо взглянуть в зеркало.

- Взгляну, - сказал он, слегка усмехаясь, - но без особой охоты. - Он осмотрел прилавки. - У вас случайно нет мужских рубашек? Большого размера?

Она критически оглядела его.

- Есть, и наверное, вам подойдут.

Она указала на дверь, ведущую к умывальнику и пошла рыться на полках позади прилавка.

Посмотревшись в зеркало, Уорд понял, что она хотела сказать. Его лицо было избитым и окровавленным, волосы взъерошены. Он ничего не мог поделать с синяками и ссадинами, но кровь смыл. Задняя дверь магазинчика выходила во двор, огороженный высоким забором. Его затеняли громадные старые вязы и пара тополей, на солнечной стороне росли цветы. Он умылся и приложил холодный компресс к распухшей скуле и губе. Потом причесался.

Шерон Клэрити вышла с темно-синей рубашкой с двумя карманами. Уорд снял лохмотья старой, надел новую и смахнул со шляпы пыль.

Она одарила его быстрым взглядом и улыбкой:

- Во всяком случае, сейчас лучше.

Шерон сложила оставшиеся рубашки и положила их на полку. Мак-Куин заплатил за рубашку.

- Вы ведь понимаете, что сделали? - спросила она. - Вы избили самого страшного человека из Медвежьего каньона. Избили в честной драке. До этого никто даже близко к этому не был. Никто и не пытался.

Она, нахмурившись, помолчала.

- Все это меня немножко удивляет. Уорники обычно не лезет первым. Я ни разу не видела, чтобы он сам лез в драку.