Таким образом данные двух новых научных дисциплин — экономической этнологии и этологии не только не опровергли основных идей концепции, которая была изложена в книге „Как возникло человечество", но, наоборот, подтвердили их правильность. Необходимостью стал пересмотр лишь ряда более частных положений.

В более поздних моих работах, посвященных антропосоциогенезу, была несколько пересмотрена используемая терминология. Вместо термина „первобытное человеческое стадо" я стал употреблять термины „праобщество" и „праобщина", вместо животного рефлекторного труда я стал говорить о праорудийной и орудийной деятельности, вместо биосоциального отбора — о грегарном и праобщинном отборе. Термин „архантропы" я стал использовать для обозначения не всех вообще формирующихся людей, как это было в книге „Как возникло человечество", а только ранних, предшествовавших палеоантропам.

Материалы, доставленные экономической этнологией и этологией, разумеется, важны. Но для работы, посвященной антропосоциогенезу, огромное значение имеют данные археологии и в особенности палеоантропологии. Ясно, что за прошедшие после выхода переиздаваемой книги почти четыре десятка лет эти науки не стояли на месте. Было сделано немало открытий, накоплен новый фактический материал. И возникает вопрос, как эти новые данные соотносятся с концепцией, изложенной в книге: согласуются они с ней или опровергают ее? В книге „На заре человеческой истории", в которой были учтены практически все основные археологические и палеоантропологические находки, сделанные в период с середины 60-х до середины 80-х годов и даже чуть позднее, было показано, что все они не находятся в противоречии с основными идеями концепции, созданной в 50-х — начале 60-х годов. Но с тех пор прошло еще более десяти лет. К сожалению, за это время у нас не появилось ни одной серьезной, основанной на фактическом материале работы, посвященной антропосоциогенезу или хотя бы только антропогенезу. Появилось лишь несколько обзорных статей и немалое число заметок в газетах, написанных журналистами.