- Вот и хорошо, вот и славненько,- обрадовался Скрипка.- Ты же понимаешь, я обязан следить за морально-психологическим климатом в коллективе. Может быть, инструкцию по этому поводу специальную написать, как думаешь? Вроде того, как должны вести себя два представителя одного пола, если они попали в заинтересованное поле зрения объекта пола противоположного...

- Лешка, ну ты не меняешься!.. Как я рада тебя видеть. И вообще - всех.

- А вот ты, Света, изменилась. Не пойму - в чем, но - другая. Я тебя даже сначала в коридоре не заметил.

Еще бы мчался, как бизон по прерии.

А Скрипка продолжал:

- Но тогда я не понимаю, что все-таки имел в виду Обнорский, говоря, что тебя надо беречь, как цветок... О, а может, он намекает, что тебя в отпуск надо внеплановый отправить на недельку?

А то ты какая-то бледненькая, ну прямо как голодная графиня. Точно - в отпуск! С понедельника. Я пойду отдам распоряжение в бухгалтерии.

И Скрипка поскакал по Агентству.

А ко мне вплыла Агеева:

- Боже, как тебе идет этот бледный, болезненный вид! В этом есть некая утонченность. Ну, согласись сама, Светочка, что румянец - это пошло и банально...

Все в "Пуле" знают, что Агеева - язва. Но не до такой же степени!

Ну, Марина Борисовна, погоди!

Я встала с дивана, подошла к ней вплотную и стала пристально разглядывать ее лицо. Агеева поежилась, но попыталась улыбнуться. А я продолжала молча ползать взглядом по ее бровям, носу, челке. Так в лагере пионервожатые выискивали у нас вшей.

- Ну, что?- Агеева почти в панике села на диван.

- Ну все! Плюс две морщинки.

И всего за один месяц моего отсутствия.

Марина всплеснула руками:

- Не может быть!

- Может! Это вы себя каждый день в зеркале видите, разницы не замечаете, а я месяц отсутствовала - и вот результат.