- Итак,- сказал я,- у вас есть уран?

- Да! Восемь килограммов. Обогащенный, в контейнере. С официальными сертификатами. Вас это интересует?

- Интересует, Владимир.

- Цену знаете?

- Знаю.

- Устраивает?

- Устраивает, если товар реальный.

- Значит, будете брать?

- Нет.

- Как это... нет?- Лейтенант Смирнов даже подался вперед.

- Я, господин Смирнов, уже сказал: если товар реальный.

- Ну а какой же? Думаете, я вам куклу хочу втюхать? Я вам могу предоставить фотографию контейнера, копии сертификатов и образец. Образец! Понимаете, господин... э-э...

- Хайрат. Меня зовут Хайрат.

- Образец, господин Хайрат,- с напором сказал Смирнов и без разрешения вытащил сигарету из моей пачки.

В этот момент зазвонил мой "Эриксон". Я "выслушал" собеседника и сказал несколько фраз на арабском. Делалось это для продавца. И для того, чтобы Спиридонов знал: все в порядке.

- Когда вы сможете представить образец?- спросил я.

- Сейчас.

- Сейчас? переспросил я. При Смирнове не было ни сумки, ни свертка.

А по моим представлениям, образец с радиоактивным веществом должен быть изолирован в какой-то герметичной массивной капсуле, иметь объем и вес.- Как сейчас? Где образец?

- Через пятнадцать минут. Товар в автоматической камере хранения на Московском вокзале.

- Ну вы, блин, даете.

- А где вы так хорошо научились говорить по-русски, господин Хайрат?

- А вот это уже к делу не относится,- ответил я. "Держите себя резко и независимо",- советовал мне Спиридонов.

- Да, конечно,- отозвался Смирнов несколько смущенно.- Ну так как? Покупаете образец?

Бред, подумал я. Полный бред. В центре Санкт-Петербурга какой-то пропойца запросто продает контейнер обогащенного урана неизвестно кому! Просто как украденный с родного завода гаечный ключ.

Как стакан семечек. Привет, Голливуд!