...Кстати, о телефоне. Я открыл записную книжку и нашел номер Докера. Если Докер не просто так трепанулся вчера, то, пожалуй, есть о чем поговорить. По душам, так сказать... Хотя и не особо верится: контейнер с ураном?! Но все же верится. Земля наша обильна. Особенно на воров, героев и дураков... Интересно, сколько может стоить контейнер с ураном? И что это, собственно говоря, такое? Сколько там этого самого ура...

- Але,- отозвался Докер. Голос у него был хриплым.

- Здравствуй, Слава. Как головушка? Не болит?

- А-а... это ты, Андрюха? Болит, падла... чтоб ей треснуть!

- Я, товарищ Докер, я. Ты ее, головенку-то, отечественным препаратом "опохмелин".

- Думаешь?- с сомнением спросил Докер.

С сомнением, но и с интересом. Видимо, Слава уже и сам склонялся к мысли про "опохмелин", но колебался... А тут вдруг получил чью-то "моральную поддержку".

- Думаешь?- спросил Слава.

- Мне-то что думать? Это тебе думать надо, у тебя голова болит.

Докер промычал что-то нечленораздельное. Видимо, ему действительно было худо, квасил Слава последнее время неслабо, что, кстати, для людей его круга было не очень характерно... нет, всякое, конечно, бывает. Встречаются среди братвы и пьющие, и любители травы, и кокаина. Но нечасто. Образ жизни, необходимость быстро соображать и принимать ответственные решения подталкивают к трезвости.

Это с одной стороны. А с другой - стресс, дефицит времени и страх. Отсюда - водка.

- Я ведь, собственно, не про "опохмелин" хочу поговорить с тобой, Слава.

- А... про что?- спросил Докер. Соображал он туговато. А может быть, и не помнил вчерашнего разговора у входа в "Европу".