- Игорь Иванович,- спросил я,- вы гарантируете, что после того, как я сообщу вам место, вы не отодвинете меня в сторону? За ненадобностью.

- По-моему, это лишний вопрос, Андрей Викторович,- ответил Костин и снова улыбнулся. Офицеры тоже заулыбались.- Ваше участие в операции одобрено на очень высоком уровне. Это во-первых, во-вторых, ваша и вашего Агентства репутация очень высока после задержания убийцы Винокурова, гражданина Зайчика.

Костин замолчал.

- А в-третьих?- спросил я.- Мне кажется, вы что-то недоговорили. Есть еще что-то "в-третьих"?

- Есть,- кивнул Костин,- есть и в-третьих... Если мы вас "отодвинем", как вы выразились, то появится опасность, что вы начнете собственное расследование. Верно?

- Разумеется,- подтвердил я.

Офицеры снова заулыбались.

- А вот этого нам бы крайне не хотелось. Дров в этом деле легко наломать...

Спугнете продавца - ищи его потом.

Понятно, подумал я, понятно. Мое участие в деле обусловлено не тем, что мне доверяют, а скорее, наоборот - тем, что не доверяют. Ну и Бог с ним! В олимпийском движении лозунг: важен не результат, а участие.

В нашем случае лозунг звучит так: важен результат, то есть участие.

Мое участие в операции утверждено на "очень высоком уровне". Вперед, на урановые баррикады. С победным кличем: ура, уран! Каламбурчик на уровне Задорного или Петросяна.

- Надеюсь, мои слова не обидели вас?- спросил Костин.

- Нет,- ответил я. Хотя, сказать по правде, все-таки задели. Зайчика-то мы взяли! Но я этого не сказал. А Костин как будто догадался, о чем я подумал.

- Вот и хорошо,- сказал он.- Продавец урана навряд ли действует в одиночку. Скорее всего, он представляет группу и является посредником... это вам не Зайчик. Итак, расскажите, где же все-таки намечается встреча. И подробности.

Все, какие вам известны.

- Встреча,- ответил я,- должна состояться завтра в четырнадцать ноль-ноль в "Невском Паласе", но она не состоится.