За то время, что мы не виделись (Мила уехала сначала в Израиль, потом перебралась в США, а в те времена «эмигрантам» нельзя было вернуться на родину), многие наши девушки бросили модельный бизнес (манекенщицы рано уходят «в тираж»), закончили институт, овладевали новой профессией, делали карьеру на каком-либо поприще. Я к тому времени уже была «Павловской» стипендиаткой (на всю Москву было всего две «Павловские» стипендии — их давали за выдающиеся достижения на научном поприще и отличную учебу), автором многих научных работ, почти написала диссертацию. (Потом, правда, защитилась на другую тему, но это не суть!)

А Мила… Сначала она пыталась хвастаться своими достижениями, показывала свои снимки, но ведь и у меня снимков было ничуть не меньше, а в целом по жизни я достигла гораздо большего успеха. Я вовсе не хотела хвастаться, мы просто разговаривали, но моя гостья сникла. Потом расплакалась. С тех пор она не приезжала, о ее судьбе я ничего не знаю. Она «эмигрировала» вместе с родителями, так что и спросить-то о ней не у кого. Ни мне, ни другим нашим товаркам по модельному бизнесу Мила уже больше не писала…

Удел многих манекенщиц «западного образца» — алкоголизм или наркомания. Последнее — чаще. Потому что кушать очень хочется, сил от голодовки нет, а наркотики-стимуляторы дают ложное ощущение подъема тонуса и на некоторое время отбивают чувство голода. Но наркоманы долго не живут…

Теперь и в отечественном модельном бизнесе усиленно насаждаются западные стандарты. Рост 180 см стал чуть ли не средним для манекенщиц, а некоторые из них имеют рост 186 см и даже более!

Длинные конечности, крупные кисти, огромные ступни (У некоторых западных «моделей» 41-й и даже 43-й размер обуви!) — все это на медицинском языке называется акромегалией. И это ненормально!