Наше знакомство с Никарагуа началось с Сан-Хуан-дель-Сур. Этот город, расположенный на берегу Тихого океана, в XIX веке был очень важным портом. Во времена Золотой лихорадки в Калифорнию проще было добраться морским путем, чем пересекать неспокойные горы и равнины Северной Америки. На никарагуанское побережье Тихого океана приплывали корабли из Калифорнии, здесь их разгружали, товары перевозили по суше до города Гранады, там грузили на другие суда, затем плыли по огромному озеру под названием Никарагуа, потом — вверх по реке Сан-Хуан и доходили до Карибского моря (в общей сложности — около 400 км). А уж оттуда — «рукой подать» до Нью-Йорка. Желающие попасть из Нью-Йорка в Калифорнию совершали весь этот маршрут в обратном направлении.

Начали мы наш рассказ с Сан-Хуан-дель-Сур еще и потому, что этот город сыграл, вернее, скажем так, мог сыграть важнейшую роль в истории Никарагуа вообще. Дело в том, что полоска земли, которая отделяет путь из Тихого океана в Атлантический, здесь составляет всего 18 км. Достаточно было прокопать эти несколько километров между озером Никарагуа и Тихим океаном — и плыви себе в Европу. А так как Никарагуа гораздо ближе к США, чем, например, Панама, этот путь мог бы быть значительно сокращен. Эта простая мысль зародилась еще у испанских завоевателей — в 1567 году король Филипп II приказал изучить возможности постройки подобного канала, но планам этим не суждено было осуществиться из-за того, что некий иезуит уверил всех в том, что Тихий океан расположен ниже Атлантического, и в случае осуществления задуманного, вся вода перетечет в него, оставив вместо Атлантики пустыню, что, как можно понять, сильно затруднило бы плавание в Испанию. И такая перспектива не могла не испугать испанцев.

На протяжении столетий вокруг этого места шла постоянная борьба между великими державами.