Стоило лишь Павлу I двинуть чубатых донских казачков в поход на Индию — совместно с наполеоновскими частями, как мгновенно — и двух месяцев не прошло — он заснул навсегда мертвым сном, укутанный шарфом.

Первое, с чего начал свое правление Александр, — вернул казаков обратно и разорвал былую дружбу с Парижем. А тем временем, под шумок, Индию преспокойно захапала себе британская корона.

До тех пор, пока русские враждовали с французами, англичане могли чувствовать себя вполне спокойно; но после крушения Наполеона британцам пришлось вновь прибегнуть к старой как мир тактике международного стравливания. Они организовывают серию польских восстаний, а потом затягивают Россию в Крымскую войну.

Когда Николай I вводил армию в Молдавию и Валахию, он и не предполагал, что сражаться ему предстоит не со слабой Турцией, а обратно — с Британией и Францией. На созванном в Вене конгрессе европейские державы высокопарно объявили, что не позволят-де обижать несчастных турков. И хотя Россия готова была подчиниться условиям этого конгресса — несмотря даже на заведомую их унизительность, — Турция, по наущению англичан и французов, сознательно вела дело к войне с Петербургом; каковую и объявила в 1853 году. Само собой, Лондон и Париж тут же пришли к ней на помощь и общими усилиями разгромили Россию, лишив нас Черноморского флота, Южной Бессарабии и былого международного престижа.

Крупнейший отечественный историк Евгений Тарле писал по этому поводу:

«Обе западные державы имели в виду отстоять Турцию (и притом поддерживали ее реваншистские мечтания) исключительно затем, чтобы с предельной щедростью вознаградить себя (за турецкий счет) за эту услугу и прежде всего не допустить Россию к Средиземному морю, к участию в будущем дележе добычи и к приближению к южноазиатским пределам…