Однажды, когда я был еще молодым и весьма ревностным христианином, я поведал одному пожилому и мудрому человеку, что собираюсь посвятить всю свою жизнь и всю свою энергию тому, чтобы любить других. Мой собеседник мягко спросил меня, не думал ли я о том, что неплохо бы иметь столь же горячую любовь к себе самому. Настоящая любовь к другим, — протестовал я, — просто не оставит времени на любовь к самому себе. Это звучало очень возвышенно. Однако мой друг, который был старше и мудрее, смотрел на меня долгим и печальным взглядом. Наконец он сказал: "Твой путь — это путь самоубийства". "Но разве не радостно идти таким путем?" — возразил я с присущей молодости легковесностью. Но, конечно, мой друг был прав. Сейчас я знаю то, что он знал тогда: предпосылкой для подлинной любви к другим является подлинная любовь к самому себе. Чтобы понять, что значит любить самого себя, давайте сначала спросим, а что значит любить другого? В следующей главе я постараюсь изложить свое понимание того, что обозначается словом любовь. Поэтому пока давайте остановимся лишь на следующих трех основных особенностях этой способности человека.

1. Любовь утверждает безусловную и уникальную значимость того, на кого она направлена.

2. Любовь признает нужды того, на кого она направлена, и старается их удовлетворить.

3. Любовь прощает и забывает ошибки любимого.

Когда мы слышим, что надо любить ближнего, как самого себя, то здесь совершенно очевидно подразумевается, что то, что мы собираемся сделать нашему ближнему, мы должны прежде всего сделать для самого себя. Другими словами, наше отношение к ближнему и к самому себе "идут в одной упаковке". У вас есть сразу два человека, которых вы должны любить: ваш ближний и вы сами. Вы не сможете по-настоящему любить кого-то одного из них, если не будете любить другого.