Не придавая {138} себе значения более того, какое мы имеем, мы будем говорить лишь в пределах той роли, какая наложена на нас извне. Официальная власть нашла для себя полезным сделать нас наглядным примером устранения для людей одинакового с нами направления и путем лицемерного различия в "мере наказания" - быть может также средством развращения людей слабых, готовых руководиться в своем поведении не одним голосом совести, но и соображениями о личном благополучии. В виду этой невольной роли мы чувствуем себя обязанными заявить, что никакие "кары", "ни снисхождения" не в состоянии изменить ни на йоту нашей приверженности к русской народно-революционной партии.

(фото со стр. 137)

Мы по-прежнему остаемся врагами действующей на Руси системы, составляющей несчастие и позор нашей родины, так как в экономическом отношении она эксплуатирует трудовое начало в пользу хищного тунеядства и разврата, а в политическом - отдает труд, имущество, свободу, жизнь и честь каждого гражданина на произвол "личного усмотрения". Мы завещаем нашим товарищам по убеждениям идти с прежней энергией и удвоенной бодростью к той святой цели, из-за которой мы подверглись преследованию и ради которой готовы бороться или страдать до последнего вздоха.

NB. - Эти заявление посылается нами за подлинными нашими подписями в редакцию "Общины" с просьбой опубликовать его; оригинал же сохранить, как доказательство верности и подлинности документа.

Петро-Павловская крепость 25 мая 1878.

Войнаральскнй, Ф. Волховский, С. Жебунев, Зарубаев, Т. Квятковский, Ковалик, В. К. Костюрин, В. Ливанов, Ф. Лермонтов, А. Лукашевич, Макаревич, Петр, М. Муравский, В. Осташкин, Д. Рогачев, М. Сажин, Синегуб Сергей, И. Союзов, В. Стаховский, Сергей Стонане, Н. Чарушин, И. Чернявский, С. Чудновский, Л. Шишко, Е. Брешковская (Прибавлено по личной просьбе, за невозможностью доставить документ ей лично.), Сергей Кравчинский.