Плоды зубатовщины сказались: рабочие боролись, организовывались - пока под охраною полиции, но, подобно волчонку, "смотрели в лес"; фабриканты возмущались бесцеремонностью полиции, распоряжающейся их кошельками для своих полицейских целей. И, вместо спокойного равновесия, регулируемого им проявления социальных антагонизмов, охранное отделение увидело себя лицом к лицу с им же пробуждаемыми общественными силами, которые, борясь между собою, в то же время вставали и против него. Правительство положило конец эксперименту. Но результаты этого эксперимента оказались поразительными. Два раза рабочий класс, до 17-го октября, встряхивал самодержавный строй, грозя снести его своим могучим напором: летом 1903 года на юге и 9-го -января 1905 года в Петербурге. И оба раза инициатива исходила от вызванных {52} зубатовщиной к жизни организаций. Никто так зло не умеет посмеяться, как эта проказница-история.

--

Не один десяток профессиональных союзов вырос из зубатовских обществ, не мало десятков тысяч рабочих, ставших верными членами социал-демократической партии, прошли чрез школу зубатовщины, ею пробужденные более или менее к сознательной жизни. Значит ли это, что самодержавная бюрократия отказалась от этого испытанного средства подрубать сук, на котором она сидит? О, нет, она продолжает и будет продолжать ту же глубокомысленную политику - конечно, с тем же успехом. Пробует она ее и по отношению к рабочим, но здесь дальше ничтожной группки "независимцев-ушаковцев" ее влияние не идет, несмотря на все усилия и траты. Пробовала она ее и по отношению к депутатам от крестьян первой Гос. Думы, но все помнят еще, что это послужило лишь сигналом к чуть ли не поголовному переходу "серяков" в трудовую группу.

Практикует она ее по отношению ко всему крестьянству в настоящее время, но только слепой может не видеть, что a la longue эта политика ведет лишь к полному разрушению всех устоев, на которых еще держится самодержавная бюрократия.