Революционный путь постановлено было оставить, как только откроется возможность действовать посредством свободной проповеди, свободных собраний, свободной печати... Суханов сказал следующее:

"Я сознаю всю тягость моего преступления; я сознаю всю безнадежность своего положения; я считаю себя виновным в покушениях и приготовлениях к цареубийству и не пытаюсь в этом оправдываться. Я сознаю участь, которая ждет меня, и я не ожидаю, и не могу, и не должен ожидать никакой для себя пощады.

Всякий, зная лишь тот один факт с внешней его стороны, что офицер флота, присягавший императору, делается {46} виновным в таких преступлениях, всякий, говорю я, скажет, что этот человек - человек бесчестный, позабывший и совесть и долг. Вот я и хотел выяснить перед вами, господа, поводы которые привели меня к тому, чтобы сделаться преступником против существующего порядка и поставить любовь к родине, свободе и народу выше всего остального, выше даже моих нравственных обязательств...

...Всем честным людям, видящим, как грабят народ, как его эксплуатируют, и как печать молчания наложена на уста всем, хотящим сделать что-нибудь полезное для блага родины,-всем было тяжело. И такое тяжелое положение могло длиться долее годы. Губились тысячи интеллигентных людей, народ пухнул от голода, а между тем в правительственных сферах только и раздавалась казенная фраза: "все обстоит благополучно". Небольшая клика губернаторов, жандармов и всевозможного рода казнокрадов развратничала, пировала и губила государство. И я принес свои знания на пользу террористической партии, в успешной деятельности которой я видел залог обновления государства"...