По Положению же 1890 г. во многих уездах число гласных от землевладельцев-дворян равняется, а то и превосходит число гласных от крестьян и горожане вместе взятых. Что касается компетенции и самостоятельности земских учреждений, то первая, как уже было сказано выше, относилась только до хозяйственных дел. В объяснительной записке к проекту Положения 64 г. прямо говорилось, что земства не имеют права "вмешиваться в дела, принадлежащие кругу действий правительственных, сословных и общественных властей и учреждений". Но, как увидим ниже, в силу неясности самого определения "хозяйственных" дел, т. е. того, что относится до земства и какие местные дела относятся к органам администрации, земства с первых же своих шагов невольно вступили в борьбу с местной и центральной администрацией за расширение своих прав.

Провозглашенная ст. 6-й Положения 64г. самостоятельность земских учреждений в кругу "вверенных им дел" тоже в сущности была весьма ограничена, так как, вследствие неопределенности компетенции земства, администрация имела не только контроль и надзор за законностью действий земских учреждений, но вмешивалась в эти действия и по существу. Впоследствии, по Положению 1890 г., вмешательство администрации по существу было уже прямо узаконено в статье 87 Положения 90 г.

Вот что писал А. Д. Градовский по поводу Земск, Пол. 64 г.:

{8} "У нас нет одной цельной системы местного управления, проникнутой одним началом во всех ее подробностях. Мы имеем несколько систем и несколько соответствующих им организмов. В провинции имеется ряд правительственных должностей, ряд установлений сословных (дворянские, крестьянские учреждения), ряд установлений всесословных новейшей формации. Земство старается развить свою деятельность, но от него не отстают губернаторы, исправники, директоры народных училищ. Земские, всесословные учреждения плавают еще на общественной поверхности". (Градовский. Сочин. т. IX, 1904 г., стр. 41).

И тем не менее, несмотря на все эти недостатки Положения 64 г., введением земских учреждений вносились в русскую жизнь новые общественные начала, противоположные приказно-крепостническим, сословным началам старого дореформенного периода.