- Я сам назвал ему твою фамилию, когда в первый раз беседовал с ним по телефону,- произнес Обнорский,- сказал, что ты у нас юрист, ты в его проблемах и разберешься. А теперь он спятил.

- Аня,- в разговор вступил Шаховский,- у Нилина действительно проблемы с головой ("Да у вас у всех та же самая проблема!" - в сердцах подумала я). Он совершенно неадекватен. Он выбрал себе тех, кого винит в том, что с ним случилось, и методично им мстит. Но действует очень грамотно, и взять его сейчас просто не на чем. Тебе действительно не нужно лезть на рожон.

- Хорошо,- план действий у меня возник моментально.- Я не буду заниматься Нилиным. Я вообще ничем заниматься не буду. Я беру неделю отпуска и уезжаю. В Испанию. Буду смотреть на бой быков и думать, как это похоже на наше Агентство. Все!

- Вит и договорились.- Обнорский неожиданно легко согласился на мой ультиматум. Остальные тоже выдохнули с облегчением.- А до твоего отъезда рядом с тобой будут ребята, Шах, например. Они тебя и в аэропорт отвезут, и встретят, когда возвращаться будешь.

- А спать?

- Что - спать?

- Спать со мной тоже кто-то будет до отъезда? А то вдруг ненормальный Нилин решит меня выкрасть из моей собственной постели!

- Ты, Лукошкина, не ерничай. Ты лучше подумай, куда сына пока отправить.

* 7 *

Я до сих пор не могу понять, почему идея докопаться до истины в деле Нилина так захватила меня в тот момент.

Наверное, это был рецидив моей судейской практики. Как бы то ни было, наплевав на вполне серьезные предупреждения ребят, я решила заняться историей с рубоповцем. Сейчас мне кажется, что просто моя адвокатская жизнь показалась мне бесцветной по сравнению с бурной деятельностью расследователей, сидевших в засадах и мимоходом ловивших преступников. И очевидно, загубленное родителями на корню желание пойти после юрфака в следствие все-таки дало о себе знать.